Подборка книг по тегу: "любовный треугольник"

— Скажи, ты развелась? Почему не говорила? А как он так быстро женится?
— Мы не разводились.
— Вообще?
— Нет, наполовину. Мы женаты! Объясни нормально, — требую я.
— Ко мне сейчас твоя Аня приходила. Платье выбирала.
— Она выходит замуж?
— Получается, что так. Она пошла в примерочную, сумку и телефон оставила на диване. Он загорелся, когда пришло сообщение, на заставке она и твой муж. Я думала — бывший. Хотела посплетничать, что она объедки за тобой подбирает. Кидаю фото.
В кадре край стола, часть женской сумки и телефон в прозрачном чехле.
На его экране Аня. Длинные ярко-рыжие волосы рассыпаны по плечам, на губах широкая улыбка, глаза прищурены от солнца.
Мой муж держит ее за затылок и целует в висок.
Это не похожий мужчина.
Не ошибка. Денис и Аня.
Но в браке нельзя жениться на другой.
— Как она может выйти замуж за моего мужа? Мы расписаны, у нас через 3 недели годовщина….

- Ди, посмотри на меня. Посмотри мне в глаза и скажи, что принимаешь мой выбор, - Кадир обжег меня взглядом.
- Принимаю, - ответила глухо.
- Ты моя… этого ничто не изменит, твоя жизнь принадлежит мне, ты выполнишь все, что я прикажу. Когда Хана войдет в мой дом, ты будешь сидеть тихо и заниматься сыном. Она достойная, чистая девушка из приличной семьи, брак с ней позволит мне выйти на новый уровень. Так будет лучше для всех, и для Кости в том числе. Ты же умная девочка, знаешь, как себя вести.
- Разумеется, знаю: целовать твои ботинки и пресмыкаться перед твоей благородной женой, господин, как и положено послушной рабыне, - ответила, посмотрев на Кадира с вызовом, - но вот вопрос: понравится ли твоей жене, что у тебя есть другая и она только что родила тебе сына?
- А это, Ди, не твоя забота. То, как я буду любить свою жену, должно волновать тебя меньше всего. Она заменит тебя в моей спальне, пока ты восстанавливаешься после родов, но не бойся, потом меня хватит на вас двоих.

Мир Насти рухнул за несколько секунд. Измена мужа, о которой она даже не догадывалась, оказалась правдой. Но настоящий удар ждал её впереди — когда она потребовала объяснений.

— Я женился на тебе из-за денег твоего отца, — сказал он, глядя на неё с холодной злобой. — Ты была просто трамплином. Страшной, скучной бабой, через которую можно было прыгнуть в нормальную жизнь. Я терпел тебя семь лет. Каждую ночь я притворялся, что мне не противно прикасаться к тебе.

— Ты — ничто без меня, — бросил он напоследок и ушёл к другой.

Как можно жить дальше, когда мужчина, которому ты верила, говорит тебе: Ты — просто привычка. Приложение к моей жизни. Мебель, которую я терпел.

Как пережить предательство и потерю всего, что дорого?

Настя осталась одна. С сыном. С разбитым сердцем. И с одним единственным желанием — выжить.

Меня продали, как скот, в семью, где женщины это молчаливые тени. Тимур красив, как дьявол, и хочет одного - сломать меня до свадьбы. Но его отец, Ахмед, смотрит на мои синяки и вдруг произносит:

— Я забираю её себе. Осмотр пройден, теперь она моя ответственность.

Я кричу ему в лицо, что он такой же монстр, как сын. А он медленно снимает перчатки и отвечает так тихо, что я слышу только шёпот: «Выбирай: подвал с крысами или моя постель. Третьего не дано». Я выбираю его и тут же понимаю, что этот холодный хирург разбудил во мне ту же тьму, что живёт в нём. Теперь я не знаю, кто кого сломает. Но одно ясно: я больше не жертва. Я стала его самой опасной ошибкой.

— Ты как? – Моего плеча касается чужая мужская рука. Отпрыгиваю к другой стене как ошпаренная. – Спокойно, мы тебя не тронем. Ты здесь не по своей воле?
Я слышу приятный голос и спокойный тембр. Глаза, залитые слезами и потекшим макияжем, ничего не видят. Пытаюсь рассмотреть, но вижу только размытые силуэты на фоне тусклой лампочки туалета. Две высокие мужские фигуры и одна широкая на полу.
В ответ на вопрос начинаю молча мотать головой.
— Нет…
— Я вас всех..! – орет насильник.
Меня трясет и колотит, прижимаюсь всем телом к холодной стене, страшась любого звука.
— Как тебя зовут? – Мужчина, садится передо мной на корточки, подавая мне сумку.
— А-аня.
— Так, Аня, этот мужчина очень влиятельный человек. Слушаешь?
Киваю в ответ.
— Мы его можем убрать от тебя, но ты будешь нам должна.
— Что? – удивленно поднимаю взгляд, с трудом различая черты лица.
— Услуга за услугу. Нам придется сильно повозиться с ним. Или оставить?

— Галя! – Сзади появляется Ира и хватает меня за руку, разворачивая. Я сжимаю в ладонях два билета. – Там, Костя…
— Что? – Меня переполняет радость.
— С Асей… — ее голос срывается, глаза бегают по моему лицу.
— Что… с Асей? – не понимаю я.
Ира достает телефон и показывает экран. А там мой Костя в объятиях Аси, в мужском туалете… у раковин. Билеты падают у меня из рук, расстилаясь по полу. На автомате направляюсь в туалет. Все эмоции разом улетучиваются, оставляя лишь серую пустоту. Открываю дверь уборной «М» и вижу… Ася сжимает ногами бедра моего Кости. Она сидит на раковине, а Костя стоит ко мне спиной между ее ног. На его шее ее руки. На МОЕЙ шее ее руки!
Меня начинает трясти. На глазах болезненно наворачиваются слезы. Я не могу в это поверить. От сильного шока желудок скручивает, и я бросаюсь к кабинке. Меня выворачивает. Хватаюсь за живот, где живет мой малыш. Слезы потоком пробиваются наружу. Я сползаю на пол у унитаза, в своем платье королевы.

У Алины Морозовой была идеальная жизнь: успешная строительная компания, дорогая квартира с видом на Москву-реку и муж, который умел казаться безупречным. Пока одна случайная визитка из отеля не превратила её счастье в ложь.
«Люкс 412. Жду». И имя, от которого внутри всё обрывается: Кристина Левина — лучшая подруга Алины. Регулярное бронирование. Каждый четверг.
Алина не устраивает истерик и не бьёт посуду. Она включает холодный разум архитектора: собирает доказательства, строит карту предательства и понимает — измена всего лишь верхушка. За фасадом их брака скрываются деньги, схемы и чужие игры.
А когда в её жизни появляется Марк Ланской — опасный инвестор и враг её мужа, — Алина получает предложение, от которого невозможно отказаться. Теперь у неё есть выбор: уйти с пустыми руками… или спроектировать падение человека, который считал её удобной мебелью.

- Меня зовут Оля. Я... Я звоню, чтобы попросить вас - отпустите Женичку.
Мир будто качается. Я опускаюсь на край кровати, сжимая телефон.
- Что? - шёпот срывается с губ. - Что вы сказали?
- Отпустите его, - голос становится увереннее, настойчивее. - У нас с ним настоящая любовь. А с вами он просто по привычке, по инерции. Он мне сам говорил.
Кровь стучит в висках. Я не могу вдохнуть. Купальник выскальзывает из рук, падает на пол - яркие, разноцветные пятна на бежевом ковре.
- Вы... вы о чём? - выдавливаю я. - Какая любовь?
- Он не рассказал? - в голосе появляются нотки удивления, почти жалости. - Мы вместе уже давно. Я думала, вы в курсе. Он обещал, что поговорит с вами после поездки, но я не могу больше ждать. Мне надоело прятаться.
Входная дверь хлопает . Я слышу шаги. Женя вернулся из магазина.

— Ты влезла между нами. В щель, которой раньше не было. Теперь он смотрит на меня как на врага. Из-за тебя.
— И самое отвратительное, — шепчет парень, и его дыхание обжигает, — что я понимаю его. Потому что я одержим тобой с той самой минуты, как ты назвала меня трусом. Ненавижу эту одержимость. Ненавижу себя за это. Ненавижу тебя за то, что ты заставила меня это чувствовать.
Он целует меня жадно и коротко, я даже не успеваю вскрикнуть. Но так же быстро отстраняется.
— Почему? — его вопрос похож на стон. — Ты же чувствуешь... Ты ответила мне.
— Я чувствую, — признаюсь я, и голос срывается. — И поэтому не могу. Я не могу делить себя. Не могу быть тем, из-за чего вы...
— Вон, — говорит он тихо, голос снова обретает привычную, мертвенную ровность. — Уходи.

Пять лет назад я открыла свою фотостудию. Сейчас на меня работает команда профессионалов, но даже у них случаются форс-мажоры.

Сегодня утром была заказана съёмка в роддоме. Её должна была проводить Катя, но у неё заболел ребёнок, и мне пришлось выехать вместо неё.

Я прошла в холл и подняла камеру.

В 10:12 дверь из родильного блока открылась. Я навела объектив, готовясь запечатлеть счастливый момент.

Из дверей вышла женщина с малышом в голубом конверте. Навстречу ей из толпы шагнул мужчина.

Идеальная семья. Мама, папа и малыш в голубом конверте.

Только отец этого ребёнка — мой муж.

— Павел… — только и смогла сказать я.

— Стася? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть дома.